Ринат (rinat70) wrote,
Ринат
rinat70

Третий экран (Симорон)

– Какие здесь вещи текучие! – жалобно проговорила Алиса… – Полезу за ней до самой верхней полки. Не улетит же она сквозь потолок!
Но из этой затеи ничего не вышло: вещица преспокойно вылетела себе сквозь потолок…
– Грести умеешь? – спросила Овца и подала Алисе пару спиц…
В ту же минуту спицы у нее в руках превратились в весла. Она увидела, что сидит в лодочке, а лодочка скользит по реке меж берегов.
Л. Кэрролл. Алиса в Зазеркалье



У читателя может возникнуть вопрос: откуда мы взяли журавля для подарка Ване? На втором экране никакого журавля не было. Адепт одной школы сказал бы, что мы считываем информацию с ноосферы, а представитель другой – что из астрала. Могут сказать, что эта информация приходит к нам оттуда, откуда приходят сны, грезы и фантазии. Это попытки обозначить разными словами одну и ту же инстанцию, которую в Симороне называют третьим экраном или, сокращенно, “трэком”, хотя буквальных аналогов этого понятия в других системах нет.
Напомним метафору о планетарии. Есть источник света в планетарии (Симорон), помещенный в шар с дырочками (личность). Сквозь дырочки лучи следуют дальше и выписывают под куполом планетария видимость звездного неба – это внешняя среда по отношению к личности – второй экран. Наивно было бы предполагать, что творчество Симорона ограничится вторым экраном. Луч бесконечен, он следует дальше, и за пределами второго экрана открывается третий. Пройдя через звездочки на черном небосводе планетария, лучи следуют дальше через крышу, и там открывается бесконечный, беспредельный купол, на котором лучи прорисовывают свои продолжения.
Представьте маленькую фотографию, которую поместили в газете в очень укрупненном виде. Точечки, сделавшие эту фотографию резкой, контрастной, увеличились и стали различимыми. На маленькой фотографии они не заметны, а когда мы ее увеличили, они стали видны. Примерно то же самое мы видим на трэке, являющимся продолжением второго экрана. Конкретные очертания форм, структур второго экрана размываются и становятся нерезкими. Третий экран – это отсутствие четкости, размывание всех форм, бесконечное движение, переливание, перетекание одного в другое. Трэк довольно убедительно изображен Робертом Желязны в “Хрониках Амбера”, там он называется Хаосом.
Третий экран – это основной экран, на который проецируется излучение Симорона. Это как бы первооснова, фундамент мира, который мы привыкли видеть, ощущать вне себя. Симоронские лучи, пройдя через фильтр первого экрана, затем через фильтр второго, выписывают на третьем экране исключительно подробные картины, которые не угадываются ни в одной из форм второго экрана.
Мы привыкли ограничивать мир вторым экраном, модель которого внедряется с помощью родителей, педагогов, окружения, и делаем вид, что не замечаем трэка, хотя подсознательно осуществляем перевод трэковской информации в привычные формы второго экрана. И хотим мы этого или нет, мы всегда работаем с третьим экраном.
Чтобы увидеть трэк, достаточно убрать второй экран, например закрыть глаза. Мы можем увидеть какие-то искры, точки, полосы, пятна – это трэк. Если некоторое время понаблюдать за этими искрами, пятнами, они могут соединиться в привычные образы: людей, зверей, машин…
Мы описали стандартный способ увидеть трэк. Но у многих людей есть другие, привычные для них, способы. В частности, одна наша знакомая предпочитает видеть трэк боковым зрением. Для наблюдения трэковских образов Дон Хуан предлагал расфокусировать взгляд (см. книги К. Кастанеды). Спонтанное видение трэка происходит в сновидениях.
Симоронист не ждет, пока появится изображение на трэке, а сам рисует его. Разрисовка трэка происходит очень быстро, и создается иллюзия, что трэковские картинки существуют сами по себе, а мы “видим” их, считываем с трэка. В дальнейшем мы будем употреблять слово “видеть” применительно к третьеэкранным образам, подразумевая при этом слово “рисовать”.
Обучение работе на трэке в системе Симорон осуществляется посредством большого количества тщательно подобранных упражнений, что требует значительного времени. Изложение этого обширного материала не входит в задачи данной книги.

ТЕХНИКИ ПЕРЕИМЕНОВАНИЯ

– Я из-под Холма; мой путь лежал через горы, под горами и по воздуху. Я тот, кого никто не видит.
– Это-то я и сам вижу, – ответил Смог. – Но вряд ли это твое настоящее имя.
– Я – Разгадывающий загадки и Разрубающий паутину, я Жалящая Муха… Я тот, кто живыми хоронит друзей, топит их и достает живыми из воды. Я тот, кто невредимым выходит из костра, из воды, из-под земли… Я – друг медведей и гость орлов. Находящий кольца, Приносящий счастье, Ездок на бочках, – продолжал Бильбо, очень довольный своими загадками.
Дж. Р. Р. Толкин. Хоббит

Ранее мы рассмотрели работу с сигналами на первой стадии (дальнее окружение) и на второй стадии (окололичностное окружение). На этих двух участках можно легко справиться с проблемой, воспользовавшись благодарением. Однако, если мы не сделали ПВБ на первой стадии, не отблагодарили сигнал на второй, то проблема достигнет уровня личностного окружения. И сигналу придется уделять больше внимания.
Как мы работаем с сигналами третьей стадии? Первый шаг для того, чтобы вернуться к парению, восстановить связь с Симороном – произнесение монолога благодарения, который останавливает нарастающую лавину невзгод. Подарок мы не дарим, вместо него последует акция переименования, но чтобы перейти к ней, мы сделаем небольшое отступление.
Следующая легенда взята нами из книги Д. Чопры “Путь волшебника”. Однажды Мерлин, указав на короля Артура, предложил наградить мешочком золотой пыли человека, который сможет сказать, кто это такой. Были разные ответы: сын Утера Пендрагона, английский монарх, цветок Альбиона и так далее. Мерлин высыпал золото в окно, объяснив свой поступок тем, что только ветер дал ему правильный ответ, так как ветер не умеет говорить.
Подобно Артуру, каждый из нас пользуется в театре жизни большим набором ролей, большим набором масок. Фактически, личность представляет собой набор масок, упаковок Симорона. Любую маску можно назвать, дать ей имя, описать словами, что и делали придворные короля Артура.
Если подсчитать все маски, которыми мы пользуемся в течение дня или всей нашей жизни, то этот список будет бесконечным: маски пассажиров транспорта, маски работников, покупателей, учащихся, маски членов семей и так далее. Начиная со дня рождения, наши маски постоянно меняются, становятся все более разнообразными, виртуозными.
Так ли важно держаться за какие-либо маски, если мы можем легко и свободно их менять? Когда мы упорно держимся за неудачную маску, у нас начинаются неприятности. Представьте, что я буду держаться за маску больного: “Лечите меня или не лечите, я больной!”, или за маску неудачника, или за маску конфликтующего на работе, неуспевающего, отверженного, угнетаемого и так далее. Это лишь маска, которая требует от меня демонстрации себя в определенных ролевых ситуациях.
Исходя из модели планетария, можно заявить, что среда вокруг нас (на втором экране) соответствует надетой маске. В результате смены маски окружающая обстановка меняется, как было с гадким утенком, которого все лупили, а когда он стал прекрасным лебедем, все ему аплодировали.
Приведем известную дзэнскую притчу. За одним монахом гнался тигр. Убегая, монах оказался на краю обрыва. Он стал спускаться по лиане и увидел, внизу другого тигра. Вдобавок лиану стала подгрызать мышка. И вдруг монах увидел спелую ягоду земляники. Протянул руку и съел самую вкусную ягоду в жизни.
Монаху удалось спастись, иначе мы никогда не узнали бы этой истории. Мы подошли к ключевой идее системы Симорон, идее переименования (смены масок). Диагностическое имя (старая маска) монаха звучало примерно так: “Я тот, который висит на лиане, перегрызаемой мышкой, и которого поджидают тигры”, а новое имя: “Я тот, который ест ягодку земляники”.
Предположим, что моя маска неудачна, задерживает часть излучения. Тогда появляется проекция (сигнализатор), которая сообщает об этом. Я разотождествляюсь с личностью (снимаю маску), возвращаюсь к центру – Степанычу и выясняю потребность проекции. Затем подбираю новую маску, которая беспрепятственно пропускает симоронское излучение. Передача излучения происходит в виде конкретного действия, выполняемого от имени новой маски. В результате второй экран сигнализирует: “Все о`кей!” Проекция преображается, препятствие исчезает.
Для наших практических целей будут нужны специфические имена – формулы переименования, заимствованные из древних источников. Эти имена выражают процесс трансляции симоронского излучения на второй экран. В таких именах присутствуют три элемента. Я как Симорон (а не личность); объект второго экрана как моя проекция; и то излучение, которое я ей транслирую. Как в классической триаде: бог Отец, бог Сын и бог Святой Дух. Я – бог Отец; тот, кому я даю, посылаю благо – мое дитя; то, что я ему даю – трансляция, передача, дух.
При этом в формулу вкладывается конкретное содержание созидательной акции, трансляции блага. Приведем примеры симоронских имен: Я тот, кто ремонтирует стул; Я тот, кто сажает дерево; Я тот, кто причесывает собаке загривок; Я та, кто угощает Васю сметаной. Обратим внимание, что все действия в этих именах совершаются в настоящем времени, они как бы продлеваются “здесь-и-сейчас”.
С симоронской точки зрения в имени “Я тот, кто ест ягоду земляники” не только нет трансляции на второй экран, а налицо попытка забрать, “перетащить одеяло” со второго экрана на первый. Такого же типа и формулы: “Я та, кто радуется цветам” или “Я та, кто любуется закатом”. Более точно построены имена: “Я тот, кто выращивает ягодку земляники на краю обрыва”, “Я тот, кто наливает спелостью ягодку земляники”. В этих именах я подчеркиваю свой симоронский статус – именно я спроецировал ягодку, впрочем, как и тигров.
Если я скажу: “Я тот, кто любит людей” или “Я тот, кто дарит всем радость”, то эти имена могут работать слабо. Кого и как конкретно я люблю? Кому и как я дарю радость? Обращаем ваше внимание на это еще и потому, что в последнее время принято по поводу и без повода таять от признания в любви к Богу, к человечеству или к чему угодно. Человек получает море удовольствия от того, что он говорит: я всех люблю, и не замечает голодного щенка, которому всего-то и надо, что шкурку от колбаски дать. И пока он будет признаваться в любви к человечеству, щенок умрет на его глазах.
Я могу переименовать не свою личность, а сигнализатора, ведь и то и другое – упаковки моего истинного Я, Симорона. Например, у меня конфликты с тещей. Ее диагностическое имя: “Я та, кто закатывает скандалы”, а новое имя: “Я та, кто нежно гладит котенка”. В этих именах подчеркнуто, что теща – это тоже Я. Можно переименовать не тещу, а свою личность: “Я тот, кто мастерит полочку для тещи”. В конечном счете, все равно, кого переименовывать – сигнализатора или личность, так как в обоих случаях я работаю со своими упаковками.

Если сигнал вошел в личностное окружение (третья стадия), например теща выгоняет меня из дома, очевидно, что длинная цепочка предыдущих сигналов осталась без внимания. Препятствие, возникшее передо мной (теща), является последним звеном в этой цепочке. Когда я вдохновенно, искренне говорю: “Я тот, кто мастерит полочку для тещи”, я отождествляю себя с Симороном и транслирую препятствию симоронское излучение.
Если маска приросла (“Я тот, кто ненавидит тещу”) и отодрать ее непросто, то превращение происходит не мгновенно, не сразу. Когда я регулярно повторяю (пропечатываю) новое имя, окружение начинает вести себя в соответствии с новой маской.
Допустим, я печатаю на машинке, и текст получается бледным, тогда я возвращаю каретку и еще раз пропечатываю. Я проявляю фотографию, пока не пропечатается четкое изображение. Я повторяю, воспроизвожу формулу, утверждаю через ее трансляцию симоронские права и полномочия до тех пор, пока проблема не разрешится полностью.
Могут спросить: сколько времени надо пропечатывать новое имя? Это зависит от того, в какой стадии находится сигнал и насколько прочно я связан с Симороном, насколько легко я могу «разотождествиться» со своей личностью. Время пропечатки не определяется по каким-то объективным законам, а каждый устанавливает это время для себя сам. Поэтому для разрешения схожих проблем, одному может понадобиться 27 секунд, другому – 27 лет, а третьему – 27 жизней. Если я смогу рассмеяться, увидев свою личность в “оковах” драматической ситуации, то освобождение произойдет гораздо быстрее.
Нужно пропечатывать новое имя каждый раз, когда я замечаю, что принимаю старое. Если это имя давнишнее, то слишком много предметов второго экрана связано с ним. Допустим, я прожил с женой десять лет, и все эти годы я ее любил. Вдруг она ушла от меня к Ивану Ивановичу. Огромное количество различных сигналов напоминает мне о ней: мелодия, под которую мы танцевали; парк, в котором гуляли; запах ее духов; одежда; голос; общие знакомые… Каждый раз вместо диагностического имени: “Я тот, кого бросила жена” я пропечатываю новое имя. И ситуация каким-то образом разрешится: жена может вернуться или я встречу женщину своей мечты, а, может быть, женщины вообще перестанут меня интересовать...
Перейдем к описанию конкретных техник переименования. В целях сокращения объема монолог благодарения в примерах переименования мы опустим.
(В следующий раз)

КУРС НАЧИНАЮЩЕГО ВОЛШЕБНИКА
Вадим ГУРАНГОВ и Владимир ДОЛОХОВ


Tags: жизнь, позитив, симорон
Subscribe
Buy for 20 tokens
Buy promo for minimal price.
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 35 comments